Реклама

Реклама

Яндекс.Метрика

Акционерные коммерческие банки и банковская модель финансирования в начале XX века


«Банковые учреждения пустили глубокие корни в стране, они громадной сетью охватили всю Россию от берегов Белого моря до пламенной Колхиды», контролируя финансируемые ими предприятия, превращаясь в хозяев всей промышленности и преобладая как источник финансовых ресурсов для промышленного роста. Операции в торговле и промышленности, «составляющие главную цель учреждения банков», сами по себе «не могут дать тех прибылей, которые банки получают, поощряя спекуляцию». Для этого «очень часто банковские учреждения косвенно заправляют целой сетью разных предприятий», а члены правлений и советов директоров банков одновременно «состоят директорами, членами совета и ревизорами обширных предприятий», и обычно «не одного, а... многих».
Банки — посредники, «орудующие наиболее ходким в наши дни товаром, легко реализуемым за деньги — бумажными ценностями». В 1913 г. из 102 млн руб. новых промышленных ценных бумаг, «выпущенных с января по май на русские биржи, 77 млн руб. реализовывались при посредстве коммерческих банков». Банки обычно выступали андеррайтерами при выпуске ценных бумаг. Всего в 1913 г. банками было размещено ценных бумаг промышленных предприятий на 173 млн руб., из них бумаг металлургических предприятий на 62 млн руб. (в 1912 г. — на 34 млн), нефтяных компаний — на 46 млн (в 1912 г. — на 21 млн). Одни банки проводили такую операцию за вознаграждение (10—20% суммы), а другие брали часть выпущенных акций в свой портфель, все в большей мере становясь владельцами промышленных предприятий.
В петербургских банках обычно 15—20% основного капитала составляли ценные бумаги, заложенные в банке владельцами онкольных счетов (в том числе для ускорения размещения вновь эмитированных бумаг) и перешедшие затем в собственность банка после того, как эти клиенты не смогли погасить кредит. За счет этого большое количество выпущенных ценных бумаг сразу же попадало в банковские портфели. Бумаги на онкольных счетах имели различную ликвидность и нередко снижали качество банковского портфеля. Такие счета, достигавшие у некоторых банков весьма крупных размеров, позволяли им при открытии разным предприятиям кредитов по обеспечению их акций, «стягивать в свои портфели эти акции в значительном количестве». С 1 января 1910 по октябрь 1912 г. в крупнейших банках Петербурга стоимость бумаг, перешедших в собственность банков, выросла с 99,2 млн руб. до 243,9 млн (на 246%). Объем ценных бумаг индивидуальных инвесторов на онкольных счетах постоянно превышал стоимость ценных бумаг в портфелях банков, имея общую тенденцию к повышению.
Слияние банковского и промышленного капитала происходило особенно активно в начале XX века. Так, Петербургский Международный коммерческий банк, как и Петербургский Учетный и ссудный банк, финансировали по 30 промышленных предприятий. Такими же тесными были связи и других крупнейших банков с промышленностью.
По составу банковского портфеля ценных бумаг можно было без труда увидеть, с какими компаниями связан банк. Кроме того, связь банков с промышленными предприятиями обеспечивалась за счет так называемых персональных уний — личных связей руководства банка и промышленной компании. В этом случае члены правления и совета банка обычно присутствовали в правлении предприятия.
С финансированием новых предприятий (в основном горнодобывающих, металлургических и машиностроительных), в которых наиболее ощущался экономический подъем начала 1890-х годов (так же, как и кризис 1899—1903 гг.), более всего были связаны петербургские банки, особенно Русско-Азиатский банк, Волжско-Камский коммерческий банк, Петербургский Международный коммерческий банк, Русский для внешней торговли банк. Московские и провинциальные банки были в гораздо меньшей степени связаны с рынком акций и ориентировались в своей деятельности на рынок банковских услуг, на который промышленный кризис 1899—1903 гг. повлиял незначительно.
По официальным данным, спекулятивные портфели банков не достигали больших размеров, так как уставы запрещали им помещать свои капиталы «в доходные ценные бумаги свыше известных пределов (не более половины их капиталов)». Однако это ограничение на участие в спекулятивной деятельности банки умело обходили, используя «синдикаты, спекулирующие сообща... и эмиссии, и патронирование, и финансирование, и многое другое».
Акционерные коммерческие банки предлагали клиентам полный комплекс финансовых услуг, в том числе связанных со всеми основными ценными бумагами, обращающимися на рынке — оплата купонов и вышедших в тираж облигаций, выплата дивидендов по акциям, вклады в ценных бумагах, хранение ценных бумаг, кредиты под залог ценных бумаг и т. п. С конца XIX века все большее распространение получали трастовые услуги (называвшиеся тогда «прием вкладов с управлением»), касавшиеся прежде всего вкладов в ценных бумагах. Банки были обязаны следить за тиражами отдаваемых на хранение ценных бумаг, использовать доходы по ним по назначению, определяемому вкладчиком, а также выполнять другие подобные поручения вкладчиков. Первые вклады с управлением появились в 1895 году в отделениях Государственного банка, и к началу 1902 г. сумма вкладов с управлением в этих отделениях достигла в Петербурге 339,9 млн руб., в Москве — 140,6 млн.
Хотя большинство промышленных компаний в начале XX в. финансировалось с помощью акционерных коммерческих банков, некоторые предприятия избирали для себя другую, более архаичную систему частного финансирования — например, металлургические заводы династии Строгановых на Урале, бывшие частными предприятиями. К началу XX в., когда эти заводы уже были технологически устаревшими, Строгановы столкнулись с серьезной проблемой — капиталами, достаточными для модернизации заводов, они не располагали, несмотря на стабильное финансовое положение, а использовать кредиты коммерческих банков они не хотели, так как это могло привести к акционированию предприятий и, в перспективе, утрате контроля над ними. Однако этот один из немногих примеров финансирования без участия банковских кредитов объяснялся, скорее, общим богатством Строгановых, чем экономической целесообразностью и не был характерным в начале XX в. даже для Уральского промышленного региона.
Нередко финансирование предприятиям предоставлял Государственный банк. Особенно явно такая политика проявилась во время кризиса 1900—02 гг., когда Государственный банк выдал кредит в 5,5 млн руб. для поддержания курса акций наиболее проблемных предприятий, большие пакеты которых начали дестабилизировать ряд крупнейших банков. После окончания в 1902 г. кризиса из Западной Европы снова начали поступать кредиты иностранных инвесторов, и поддержка со стороны Государственного банка уменьшилась, но в период промышленной депрессии в 1906—08 гг. долгосрочное государственное кредитование проблемных предприятий возобновилось, приняв форму преимущественно эмиссии облигаций, приобретаемых Государственным банком. Облигационный долг предприятий вырос в 1906—08 гг. на 24% (в то время как основной капитал увеличился только на 13%).