Реклама

Реклама

Яндекс.Метрика

Военные облигационные займы и быстрый рост государственного долга


В первые же месяцы войны бюджетные резервы (514 млн руб.) были истрачены. «В начале войны многие указывали на всю трудность добывания необходимых средств на ведение войны путем кредитных операций», поскольку после вовлечения в войну Франции и Англии единственным открытым рынком остается Америка, и что там в течение года можно будет «реализовать до 300 млн рублей» внешних военных займов. Однако на деле за первый год войны в Америке удалось разместить займов всего на 70 млн руб. (36 млн долларов), а в Англии и Франции — «на сумму, значительно превышавшую 1 миллиард рублей».
К идее размещения военных облигационных займов в США пытались вернуться и в дальнейшем — 17 ноября 1916 г. российское правительство «приняло условия американских банков» относительно реализации на рынке ценных бумаг США 5,5% займа на сумму 50 млн долларов, «выплачиваемых по истечении пяти лет золотом», золотом должны были оплачиваться и проценты по облигациям. Всего же за годы войны объем внешних облигационных займов (размещавшихся преимущественно в Англии и Франции) достиг 7 млрд руб., фактически по ним было получено 5,5 млрд руб.
Основным источником финансовых ресурсов в годы войны стали внутренние займы, привлекающие сбережения массы мелких инвесторов. За год войны «общий итог сбережений увеличился в кредитных учреждениях страны почти на 1800 млн руб. Прирост вкладов в сберегательных кассах за год военного времени достиг 491,2 млн руб., и «отмеченный во время войны прирост сбережений» давал основания рассчитывать на успех дальнейших внутренних займов. По словам министра финансов П. Л. Барка, «в деле взыскания необходимых нам в будущем огромных ресурсов мы не встретим препятствий. Нельзя сомневаться в том, что у русского народа не будет недостатка в доброй воле прийти на помощь государству своими средствами в трудную годину. Как бы ни были тяжелы те испытания, которым подвергла война наше народное хозяйство, испытания эти не подорвали наших материальных сил». В 1915 г. министр финансов оптимистично смотрел в будущее, а война казалась ему одной из многих войн, столь привычных для Российской империи. В действительности все произошло совсем не так, как думал П. Л. Барк.
Для покрытия огромных военных расходов было выпущено семь внутренних «военных» займов (первый 5% на 500 млн руб. в 1914 г.; второй 5% на 500 млн руб., третий и четвертый 5,5% на 1 млрд руб. каждый в 1915 г.; пятый и шестой 5,5% займы на 2 и 3 млрд руб. в 1916 г.; седьмой 5% на 3 млрд руб. в 1917 г. (так называемый «Заем Свободы»). Общая сумма внутренних военных облигационных займов достигла 11 млрд руб., фактически было собрано по ним около 10 млрд руб. Реализацией «военных» займов занимался банковский синдикат из петербургских банков и банкирских домов, распределявший ценные бумаги при подписке.
Биржевым комитетом был принят ряд мер для широкой рекламы военных займов. Предполагалось «обращение к торгово-промышленным организациям и отдельным предприятиям... с указанием на необходимость принять наиболее активное участие в подписке», а «столичные общества взаимного кредита заготовили обращение к своим членам, приглашая их поместить часть своих капиталов в облигации нового займа». В рекламе «военных» займов использовался и немой кинематограф. «Изготовляются в двух ателье фильмы, наглядно изображающие выгодность и патриотичность помещения капиталов в заем».
В прессе развернулась масштабная кампания, рекламирующая внутренние военные займы. «Ввиду широкого значения широкого осведомления всех слоев населения» о займах к распространению «брошюр, листов, плакатов привлечены, наряду с кредитными учреждениями... учителя церковно-приходских школ, земские учреждения, администрация казенных военных заводов» и т. п.
В 1916 г. к размещению очередного 5,5% займа на 2 млрд руб. были «привлечены впервые все имеющиеся в России кредитные учреждения, как государственные, так и общественные и частные, как учреждения крупного кредита, так и мелкого, в общем громадном числе 32 тысячи. Если предположить, что каждое учреждение разместит облигаций нового займа всего лишь на скромную сумму в 50 тыс. рублей, то и то в итоге получится 1,6 млрд руб. Ho поскольку крупные коммерческие банки уже взяли на себя 2/3 займа, то на остальные кредитные учреждения остается всего около 700 млн руб.». Так как на 1 марта 1916 г. общая сумма вкладов населения в кредитных учреждениях достигала 8,5 млрд руб. (в учреждениях Государственного банка — 1,144 млн руб., в сберегательных кассах — 2,603 млн руб., в частных кредитных учреждениях всех типов — 8,879 млн), то «государство требует у населения» на очередной военный заем «менее четвертой части его свободных средств, его избытков. Можно ли сомневаться в том, что это требование будет удовлетворено с избытком»?
Кроме того, на 14 млрд руб. было выпущено краткосрочных 4 и 5% билетов государственного казначейства (в то время их называли обычно «серии»), и более 10 млн из них учтено Государственным банком, а 4 млн — в частных банках. Военные займы и общие военные расходы значительно увеличили государственный долг Российской империи — с 8810 млн руб. перед началом войны он вырос к 1 июля 1917 г. до 43,9 млрд руб.
Все признавали, что война вскрыла целый ряд экономических проблем Российской империи, «обнаружила громадные недочеты в хозяйственном строе страны», а последствия войны «потрясли устои экономической жизни». С другой стороны, «война чрезвычайно ускорила процесс экономического созревания России и создала столь острый спрос на новый порядок и уклад, что такие требования должны быть удовлетворены государственной властью». Оптимисты верили, что «война поведет к удвоению государственного бюджета, которое будет сопровождаться соответственным ростом производительных сил страны», а «программа экономических реформ, могущих вызвать рост производительных сил, диктуется теперь не... идейными началами, а суровой неизбежностью государственного интереса». Реформы эти должны были опираться на «патриотические настроения» — «народ и общество, твердо следуя за указаниями своего венценосного Вождя, готовы довести борьбу до конца».