Реклама

Реклама

Яндекс.Метрика

Приближение кризиса и дестабилизация биржи


В предкризисный период «наше промышленное развитие шло едва ли не быстрее, чем в Западной Европе». «Начиная с 1890-х годов Россия развивалась поразительными темпами», чем была «очень обеспокоена» Франция, так как «ее благосостояние совершенно не соответствовало ее могуществу, а это сулило ей скорее судьбу Австро-Венгрии, нежели Германии». По такому показателю, как объем ВВП, не только «Германия догоняла Великобританию», настигнув ее в начале XX в., но «даже Россия, благодаря быстрому росту населения, готова была сравниться с Великобританией в смысле национальной мощи». Впрочем, период бурного роста 1890-х годов, связанный с поступлением массовых иностранных инвестиций, был недолгим. Как показали дальнейшие события, в конечном счете по своему экономическому развитию Российской империи так и не удалось сравняться с основными странами Западной Европы.
Краткосрочные кредиты, «горячие деньги», как их называют сегодня, провоцировали очередной акционерный бум. С 1894 по 1899 гг. были учреждены новые акционерные компании с капиталами «более чем на миллиард рублей, не считая железнодорожных, банковых и иностранных компаний». Казалось, что остановить учредительский бум уже не было возможности — «поезд шел под гору с ускоряющейся быстротой».
Ho в конце 1890-х гг. под влиянием сокращений, вызванных перестройкой хозяйства и государственного управления, увеличилась безработица. Начал снижаться спрос на продукцию легкой промышленности, и под Москвой даже остановились некоторые текстильные фабрики. После того, как фабриканты не смогли погасить краткосрочные векселя, выданные под закупку сырья, возникло беспокойство в банковских кругах и на товарных биржах, где сократились продажи сырья и снизились цены на него.
На финансовом рынке первым признаком приближения кризиса стало снижение прибыльности капитала в торговле (по данным для промышленного региона на востоке Украины, сходным с данными для других промышленных центров Российской империи) с 6% в 1896 г. до 3,29% в 1898 г. несмотря на то, что оборотные капиталы торговых предприятий выросли на 103,1%. В промышленности в эти годы снижение прибыльности только начиналось — с 10,5% в 1896 г. до 10,25%. в 1898 г. И хотя по мере приближения мирового кризиса 1899—1902 гг. начала нарастать напряженность на финансовых рынках, еще в начале 1899 г. рынок ценных бумаг и биржи были достаточно активными, а с февраля курсы стали падать.
Начался общий экономический кризис, ставший особенно тяжелым из-за неурожаев в 1897—99 гг. «Едва успел прекратиться на С.-Петербургской бирже кризис 1894—95 гг., как наступил более глубокий промышленный кризис», первоначально возникший в Европе. Этот кризис нигде «не разразился с такой силой, как в России с ее громадным заграничным долгом, неестественным (за счет иностранных капиталов) развитием промышленности и плачевными результатами урожаев последних трех лет (1897—1899)».
В российском промышленном кризисе не было ничего необычного, если вспомнить историю постройки крупных железных дорог в США, в Бразилии и Аргентине. «Во всех случаях, когда европейскими капиталистами овладевало сильное спекулятивное движение, когда они бросались в предприимчивость с большою неосторожностью», нередко последствием были «столь же плачевные результаты, какие получились в России» во время кризиса 1899—1902 гг.
Биржевой крах наступил 23 сентября 1899 г., когда произошло быстрое падение курсов всех ценных бумаг. В прессе распространилось мнение, что биржевые игроки усиливают нестабильность и создают панику искусственно. «Наша биржа сама ухитряется... создавать биржевые кризисы, для которых нет ни места, ни серьезных причин», а также «совершенно искусственно создавать панику вместо того, чтобы руководить... биржевой публикой... Пора бы покончить с мифом... о кризисе и побережливее отнестись к интересам публики, не увлекая ее ни в повышательную, ни в понижательную игру, тогда и стремительные падения серьезных бумаг сделаются совершенно немыслимыми».
Ho факты говорили об ином. Ко времени наступления кризиса общая стоимость паев и акций промышленных предприятий достигла 2098 млн руб., часть из них котировалась на бирже, имея до кризиса суммарную стоимость 1014 млн руб. Во время кризиса курсовая стоимость этих бумаг снизилась до 611 млн руб. и только лишь на них убытки составили 403 млн руб. Соответственными были убытки остальных держателей дивидендных ценных бумаг.
С началом кризиса падение на биржах курсов большинства ценных бумаг, «взвинченных спекуляцией биржевых заправил», причинило немалые убытки «легкомысленной публике, поощряемой банками и банкирскими конторами к ажиотажу». Привлекая «публику» онкольными кредитами, банки и банкирские конторы, «несмотря на старания финансового ведомств обуздать эту игру» продолжают свою политику, приводящую «к скоплению богатства в руках небольшого количества людей... недавно создавшегося на Руси нового сословия — биржевой аристократии».
Оказалось невозможным «ни по какой цене» и разместить во второй половине 1899 г. на мировых биржах «наши гарантированные железнодорожные займы», после чего «правительство вынуждено было оставлять их за собой, выдавая [железнодорожным] обществам ссуды, или сбывать их в сберегательные кассы». Снижение курсов продолжалось до первой половины 1900 г., после чего обстановка на бирже несколько стабилизировалась.