Реклама

Реклама

Яндекс.Метрика

Индивидуальные инвесторы и российский средний класс


Мелкие индивидуальные инвесторы на рынке ценных бумаг были связаны преимущественно со средним классом, формирование которого началось в Российской империи в середине XIX века на основе социального слоя «разночинцев». «Поражение в Крымской войне 1855—1856 годов и внезапная смерть Николая I... приоткрыли историческое окно возможностей. Однако после «важных, но половинчатых реформ» Александра II среди элит возник раскол «на абсолютистских консерваторов», боровшихся за свои привилегии, должности и получаемые от поместий доходы, и «склонную к радикализму интеллигенцию», чьи профессиональные способности и знания «не находили ожидаемого применения в роли экспертов и рыночных специалистов. Оставалось писать великие романы, говорить о проектах переустройства мира, ходить в народ». Несмотря на это, часть предпринимателей, технократической элиты и представителей других слоев материально обеспеченной интеллигенции (врачи, юристы и др.) после реформ 1860-х годов образовали ядро среднего класса. А представители среднего класса стали основными индивидуальными мелкими инвесторами на рынке ценных бумаг.
«Держателями твердопроцентных бумаг являются... мелкая буржуазия, крестьянство, чиновничество... вкладывающие в них свои сбережения. Крупные же капиталисты предпочитают дивидендные бумаги». Это относилось и к индивидуальным инвесторам в странах Европы, приобретавших в основном российские процентные ценные бумаги («большая часть наших государственных займов размещена... среди мелкой буржуазии: французской, бельгийской, швейцарской... а за последнее время — датской, норвежской и др.»), и к российским инвесторам.
К концу XIX в. «новейшим направлением русской финансово-экономической политики многое уже сделано для насаждения у нас «купонной» цивилизации». «He одни искатели легких денег привлечены теперь к бирже, а весьма широкие круги... среднесостоятельной публики. Только благодаря этой публике удалось за последние два года разместить почти на 1/2 миллиарда рублей акций новых и старых промышленных предприятий». Немалую роль в привлечении к рынку ценных бумаг «широких кругов» индивидуальных инвесторов со средним уровнем дохода сыграли биржи и биржевая пресса.
«Биржевая игра у нас демократизована, но отнюдь не популяризовалась» и литературы о бирже «для широкой публики почти нет. Две-три брошюры и обчелся». Этот пробел решил заполнить известный биржевик Захарий Жданов, издатель петербургской газеты «Биржевой день» и автор нескольких предназначенных для индивидуальных инвесторов книг — практических руководств по участию в биржевой игре с ценными бумагами. Одной из первых таких книг, изданных в Петербурге без указания автора, стала «Биржа. Спекуляция. Обогащение». В 1909 г. появилась книга «Кратчайший и доступный каждому путь к богатству», изданная под псевдонимом А. Ратьков. Книга была настолько популярна, что издавалась три раза, и ее тираж достиг 50 тысяч экземпляров.
Особенно много книг о биржевой игре появилось в 1911—12 гг. В Киеве в 1912 г. была опубликована небольшая брошюра «Биржа. Биржевая игра или спекуляция. Руководство в биржевых операциях». Некоторые книги были рассчитаны на более серьезного читателя — например, «Биржевая спекуляция. Теория и практика» A. А. Васильева.
Немало было написано о бирже и биржевой спекуляции в художественной литературе, начиная с опубликованного в 1874 г. романа «Дельцы» П. Д. Боборыкина. Особенно известным стал роман B. И. Немировича-Данченко «Цари биржи (Каиново племя в наши дни)», переиздававшийся 14 раз; в 1919 г. был опубликован еще один его роман — «Банкирский дом: нравы нашей буржуазии».
Впрочем, авторы художественных произведений, особенно Немирович-Данченко, не только не стремились привлечь мелких инвесторов на биржу, но и, наоборот, всячески предупреждали их о возможных опасностях. «На бирже была масса всякого сброда», особенно когда «готовился выпуск нового займа». А во время краха банка «толпы растерянных людей, словно хотевших удостовериться в своем несчастье... у самой двери банка стояли стеной... обезумевшие, перекошенные лица». «Мы не раз предупреждали наших читателей от излишнего доверия к разным спекулянтам, которые ради своей личной наживы готовы не только разорить вкладчиков, но и жертвовать жизнями сотен и тысяч людей». Ho все эти предостережения не очень повлияли на нарастающий биржевой ажиотаж, обещавший столь привлекательную для всех возможность разбогатеть.