Реклама

Реклама

Яндекс.Метрика

Учреждение компаний с иностранным капиталом и его доля в экономике


После начала массового проникновения иностранных инвестиций в 1880-е годы наибольшая активность компаний с иностранным капиталом отмечалась в 1888 г., когда было основано 15 таких акционерных обществ. Затем количество этих компаний сократилось до 3 в 1894 г. и снова начало расти до 24 в 1896 г., достигнув максимума — 30 в 1900 г. После этого количество учреждаемых за год обществ сократилось до 8 в 1905 г. Новый пик был в 1911 г. — 40 обществ. Из учрежденных компаний с иностранным капиталом начинали работу в среднем лишь 60%, но «как бы там ни было, при ничтожном накоплении капиталов в России, при затруднительности, царившей на денежном рынке, иностранный капитал являлся главным предпринимателем», и достаточно вспомнить о стремительном росте «горной промышленности Юга, чтобы понять все значение иностранного капитала в России». Всего же с 1869 по 1896 г. была зарегистрирована 71 компания с иностранным капиталом, а к началу XX века их было 136. Из этих компаний 80% были совместными предприятиями (среди банков, учрежденных с участием иностранного капитала крупнейшими были Русско-Азиатский и Азово-Донской банки).
С 1910-х годов началось значительное усиление притока иностранных капиталов. Среди учрежденных в первой половине 1913 г. 158 акционерных компаний 17 были иностранными — 10,8%, а из общего количества (1977 компаний) числа существовавших в 1914 г. акционерных обществ иностранных было 230 — 11,7%. Ho «следует сказать... что капиталы иностранные в общем неохотно идут в Россию» по сравнению с другими странами — реципиентами инвестиций, и необходимо «устранять встречающиеся на их пути препятствия».
Эти цифры не отражают реального масштаба присутствия иностранных капиталов в России, и в действительности к 1914 г. не менее 40—50% всех инвестиций в промышленность были иностранными, а П. Н. Милюков называл еще большую цифру — 58%. Определить точно, в какой степени в финансировании предприятия участвовал иностранный капитал, часто было затруднительно, тем более что общей официальной тенденцией конца XIX — начала XX в. было приуменьшение значения иностранного финансирования. Формально считалось, что если предприятие работает по уставу, утвержденному в России, то и само оно является российским, хотя на практике по источникам капитала оно часто бывало в значительной мере иностранным. Аналогично, все эмиссии ценных бумаг, размещавшихся на внутреннем рынке, считались российскими, хотя в этих эмиссиях нередко решающее значение имел иностранный капитал. Неудивительно, что, по данным Министерства финансов, в Российской империи только лишь в 1898 г. начали работу 24 иностранных предприятия, а бельгийские инвесторы считали, что количество одних только бельгийских предприятий в России увеличилось в этом году на 3 5. В годы Первой мировой войны, когда усилились антигерманские настроения и все чаще раздавались голоса против «засилья иностранцев» в российской промышленности, общие масштабы присутствия иностранного капитала в акционерных обществах несколько снизились — с 40—50% в 1913 г. до 35,8% в 1916 г.
Весьма распространенным в начале XX века было представление о чрезмерном влиянии иностранного капитала в российских банках и промышленных предприятиях. В действительности иностранные банки нигде не владели более 50% акций (в среднем около 40%), а Министерство финансов контролировало ситуацию за счет предоставления российским банкам субсидий и кредитов, значительно превышавших по своему объему иностранные капиталы. Между Министерством финансов и рядом крупнейших банков существовала своего рода «личная уния», и во главе нескольких крупнейших банков стояли бывшие чиновники министерства — А. И. Путилов (директор Русско-Китайского, а затем председатель правления Русско-Азиатского банка), С. С. Хрулев (председатель правления Петербургского Международного коммерческого банка) и др.